?

Log in

Jenny_Rockfort
25 March 2015 @ 09:26 am
Синеголовые не прятались. Возможно, они не знали, что надо прятаться. Но, как оказалось, им это было ни к чему - их макушки прекрасно сливались с окружающими кустарниками и камнями — зелёными, голубыми, бирюзовыми и чёрными. Вечно прищуренные глаза и крепко сомкнутые губы делали их неотличимыми даже для нас, красноголовых. Чего я никак не могла понять, так это за что нам такая несправедливость: нас-то было прекрасно видно хоть с равнины, хоть из реки, хоть с высоты небес, где и таилась главная опасность.
Мама не знала ответа на этот вопрос. Лазая под папортниками, она озвучила только следствие: "Поэтому нас так и мало". Нас и правда было совсем немного, десять, может, пятнадцать. Я спросила нашего главного — но он вообще не захотел говорить на эту тему, как будто боится, что кто-то поумнеет. И мне ничего не оставалось в итоге, как пойти к самим синеголовым и спросить у них.
Конечно, этого делать было нельзя. Во-первых, одна. Во-вторых, путь лежал через луг, спрятаться негде. Ну и в-третьих, даже самые маленькие знают, что синеголовые — другие, а значит, опасные, злые, жестокие и по нашему не понимают. Но мне так хотелось знать! И я уже спрашивала у земли, у нашего главного источника знаний. А земля только сердцем в ушах отдавалась. Ничего вразумительного. В общем, так я оказалась на краю зарослей.
Выбор тактики был невелик — либо бегом, либо пытаться прятаться. Трава высокая, можно было бы и попытаться. Это было бы ужасно долго, а провести ночь вне своей норы было совершенно немыслимо, и я решилась на другой вариант. Внимательно присмотревшись к краешку неба, который был мне виден, убедилась, что он чист и бросилась вперёд.
Я успела удивиться тому, что нет никакого нападения, почти добежала до другой стороны. Но когда до кустарника было рукой подать, услышала торжествующий клёкот, ощутила ветер на спине. Это был конец, я прекрасно понимала и кинулась в сторону, сворачиваясь клубком.
Лишь отсрочка гибели, большая птица, выше меня раза в три, сидела на земле, глядя на меня то одним глазом, то другим. Начала спокойно приближаться, понимая, что никуда я не денусь. Я смотрела на её лапы, ожидая. Ведь ей было достаточно вытянуть шею, бежать было бесполезно.
И в этот момент из кустарника выскочил синеголовый. Потом ещё один. Потом ещё трое, и семеро, и дальше я сбилась со счёта. Я увидела, как они начали бегать вокруг птицы и дёргать её за перья. Было чёткое ощущение, что она никак не могла их разглядеть. Вертелась на месте, оборачивалась в те стороны, откуда доносился смех — а синеголовые при этом смеялись! — и по мере того, как трава вокруг усеивалась серыми и чёрными перьями, в её глазах рос ужас. Я уже смогла разглядеть розовое брюхо хищницы, когда она жалобно вскрикнула и прыгнула в небо, спасаясь от маленьких, невидимых и очень неприятных врагов.
— Спасибо! — воскликнула я. И тут же вспомнила, что они не понимают меня. Но один из них, заманивая меня дальше, в их владения, ответил:
— Будь с нами! Закатное солнце, ты прекрасна!
Шагая между чёрными и бирюзовыми камнями, огибая голубые и зелёные кустарники, я держала за руки сразу семь синеголовых. Оказывается, меня ждали. Оказывается, у меня есть имя. И мало того, я поняла, что красноголовый — это не тот, кто прячется под папортником. Это тот, кого уважают синеголовые.
 
 
Jenny_Rockfort
Она с самого начала ему не понравилась. Негритяночка, мелкая, под ногами путается, везде нос суёт. Шипел на неё, прогонял. Сина убегала, отпрыгивала и снова возвращалась. Ей, наверное, давно привычна стала такая реакция взрослых. Грано часто видел её у ящиков с мусором - ненужные, сломанные или устаревшие детали, неудавшиеся модели, испорченные образцы страшно привлекали девочку, и вполне обоснованно. Но сидела бы там и не пыталась умничать! А то каждый, каждый инженер в центре был хотя бы раз схвачен и засыпан дурацкими вопросами. Грано помнил и собственный допрос. Сина поймала его за руку на выходе, заставила смотреть на себя. Спокойно, будто в мире нет других дел, поинтересовалась, что будет, соедини она эти две детали, присоедини провод, смажь маслом и подыши?
- Да ничего не будет, - раздражённо буркнул он, отобрал руку и поторопился к своей на тот момент девушке, Ран, тоже инженеру, из соседнего корпуса.
Следующая их встреча была не более приятной. Сина экспериментировала со своими комбинациями деталей и проводов у водяной колонки, на металлическом постаменте. За водой подошла Ран, и в момент, когда жидкость из ведра плеснула на землю, забрызгав прибор девчонки, блеснула искра и раздалось короткое жужжание. Тотчас же ноги обеих ушли на пару сантиметров в металл, на секунду ставшего вязким, как глина. Сина сидела на корточках и лишь покачнулась, зато учёная, как раз делавшая шаг, растянулась на земле, опрокинув ведро.
- Что за... - ругнулась она, поднимая голову. Оглянулась, заметила прибор и встала.
- Паршивка, произнесла она с чувством. Сина сжалась - на этот раз убежать она не могла. - Ты это нарочно.
Девочка замотала головой, не поднимая глаз. Её страх только воодушевил Ран. Грано уже понял, что понадобится помощь, направился к ним, тоже с
неодобрением глядя на ребёнка, когда девушка, поддавшись эмоциям, начала осыпывать девочку ударами.
- Только ты, мелкая, могла выдумать такое, сделать нестабильное, соединить Дк и Зт, и додумалась же! - выкрикивала она между подзатыльниками и тумаками.
- Вот чёрт, - опешил он, крикнул, - Ран! Стой, ты что ж делаешь!
Добежал, схватил её за руку.. и сам оказался мишенью. Мирно слушать её он не стал, и, слово за слово, был обвинён в неясных связях с Синой, объявлен перебежчиком и путающим приоритеты.
Пока происходила ссора, кто-то уже принёс прибор М7, исправить положение тем же путём. Девочка торопливо отползла подальше, не решаясь, впрочем убежать, а Ран, подобрав ведро, бросила через плечо:
- Можешь забыть о наших отношениях.
Насупившийся Грано какое-то время смотрел ей вслед, потом обернулся к Сине.
- Вот спасибо тебе огромное, соплявка.
Пару дней спустя Грано довелось поучаствовать в сложном химическом опыте. Несколько учёных столпились вокруг стола, нагруженного сосудами, пакетиками и коробочками с необходимыми веществами. Все в халатах и очках - мерах предосторожности. Подошёл профессор, убедился, что всё внимание на нём, начал с техники безопасности. Взяв в руки самую большую колбу с сероватой жидкостью, произнёс:
- Сегодня мы работаем с К324. Напоминаю, что сам по себе он не опасен, но меняет восприятие мира довольно сильно, если вы подверглись его воздействию, немедленно уходите за пределы комплекса и оставайтесь там часа два, пока не пройдёт эффект. Очки снимать не рекомендуется, длительный контакт воздуха, К324 и слёзной жидкости может повредить зрение надолго. На ёмкостях написано, какой объём максимален для добавления в К324, и что с чем смешивать нельзя, будьте внимательны. Приступаем.
Без стука в лабораторию вбежал ещё один молодой учёный, бросил на стол рядом с собой громоздкие очки.
- Извините, - бросил он, - Сина... Никак не мог оторваться.
Грано хмыкнул, но тот продолжил, обращаясь уже к нему, кивая на принесённый гаджет:
- Настояла, чтобы я передал тебе.
Грано сморщился, но у прибора не было питания, и это немного успокаивало. Оставив мысли об этом до конца работы, он занялся смешиванием веществ и их анализом. Процесс шёл достаточно вяло, большинство "коктейлей" не дало значимых результатов, хотя профессор вёл себя как обычно, Грано начал испытывать разочарование. Он решил сделать довольно необычную смесь, в два порошка добавить лишь каплю К324, когда ремешок его очков, неделю назад стоило бы починить, наконец оборвался, и они упали в реактивы, немедленно подплавившись. Он с силой зажмурился, всё равно чувствуя жжение, услышал встревоженный голос профессора: "наденьте же ему что-нибудь!", почувствовал, как носа коснулся пластик, на затылке стянулись шнурки. Из-за жжения он не открывал глаза вплоть до того, как его вывели за пределы комплекса, в пустыню. Это не было нисколько опасным, просто однажды кто-то пытался ловить чертей в центральном колодце.
Грано присел на песок, уже чувствуя, какой он необычный на ощупь, бархатный, тканевый, почему-то расползающийся под руками. Слышал ветер, звучащий как флейта, разными тонами, негромко, ненавязчиво. Подумал мельком, реактив здорово подходит на роль развлечения. Открыл глаза. Этого, он, пожалуй, не ожидал вовсе. Несмотря на поздний час, небо было невозможно светлым, с примесью розового. Пустыня светилась нежно-голубым. Над самой его головой была россыпь чёрных точек, слегка мигающих, и он никак не мог понять, что это, пока насвистывающий голос сзади не произнёс:
- Красивые звёзды, правда?
Хруст шагов по ткани-песку, как по морозному снегу, перед ним появилась слегка сюрреалистично вытянутая вверх фигура лимонного цвета, совершенно неузнаваемая. Вспоминая, какая из других учёных могла искать его внимания, он благодушно согласился.
- Очень.
- Как прошли твои опыты? Открыли что-нибудь?
- Пока я был там, ничего интересного, а потом очки сломались, благо, нашлись запасные.
- Рада, что смогла тебе помочь.
Он замер.
- Так это ты.
Не знал, как реагировать. Путаное восприятие мешало сосредоточиться, он понимал только, что Сина спасла ему зрение. Поворчать, однако ж, не помешало бы, и он с лёгким напором спросил:
- Ну и из чего ты их сделала? Чем отличаются от нормальных? У тебя же всё не как у людей...
- А ты ещё не понял? - рассмеялась она. - Что ж... Значит позже.
Они немного помолчали, потом Сина заговорила снова:
- Извини за тот случай у колодца, мне жаль, что так вышло с твоей девушкой.
Он поморщился, Ран была и симпатичной, и нежной.
- И чего ради ты занялась этим у воды?
- Но ведь ты сам сказал, что от этого сочетания ничего не будет.
- Вода ведь тоже элемент, ты не подумала об этом?
- Я спросила про дыхание. Оно часто даёт мне конденсат в других опытах, где страшно просто поливать из кружки.
- Вот оно что... - протянул он, - ты бы выражалась тогда понятнее, чай, не все специалисты владеют твоей терминологией, а?
Робкая улыбка в ответ.
Понемногу звуки становились привычнее, песок переставал казаться бархатом, фигура девочки медленно возвращала свою форму. Вот только цвета оставались теми же, голубоватая светящаяся пустыня, почти белое, розоватое небо и тёмные, местами чёрные звёзды. Он подождал ещё с полчаса, переговариваясь с девчонкой о возможных и невозможных сочетаниях деталей, прислушиваясь к своим ощущениям. Наконец, осмелился снять очки.
Помолчал. Надел снова.
- Так вот оно что, - медленно и тихо произнёс он, опять снимая - остроумно.
Они помолчали. Негритяночка тоже сняла свои. Грано поднялся, призадумался на секунду.
- Ну, увидимся, - бросил в итоге и ушёл.
Должно быть, это всё К324. Работа рецепторов восстановилась, но восприятие в более общем смысле немного изменилось. Раньше Сина была просто мелким, надоедливым существом, мешающим работе, которого приходится терпеть, теперь же он ясно увидел, насколько она любознательна и жива, что все её вопросы направлены на постижение мира, то, чем занимался он сам и остальные учёные. Что у неё быстрый ум и хорошее воображение, что она не боится экспериментировать и самостоятельно открыла несколько эффектов.
Он размышлял об этом пару дней и, сидя в своей комнате под лампой, вздыхал, вспоминая своё детство.
Зашла Ран.
- Ано, - ласково обратилась она, - давай помиримся.
Взглянул на неё. Подумал про всегда спокойную и рассудительную Сину. И легко ответил:
- Нет.
Он не смотрел, как она надула губы, как нахмурилась, неспешно удалилась. Но спустя пару минут отчётливо понял, что больше всего ему сейчас хочется поболтать с лимонного цвета девчонкой о её идеях под тёмными звёздами на светлом небе. Быстро натянув очки, Грано побежал разыскивать Сину, наверняка сидящую сейчас у входа в лаборатории...
 
 
Jenny_Rockfort
22 May 2012 @ 11:23 am
 
 
Jenny_Rockfort
Оригинал взят у miumau в Браво, браво, женщину "дожали"?
Уже вторую неделю в топах курсирует пост, который все "перепечатывают" один за другим. История про молодого жениха, который идет жаловаться к сестре, что все с его невестой хорошо, только вот она уклоняется от ежедневного приготовления завтраков, обедов и ужинов. Вы наверняка уже все читали этот пост по три раза, но если вдруг кто пропустил, то вот:
http://ibigdan.livejournal.com/9986743.html



Только у меня эта история вызывает внутренний протест?Collapse )
 
 
Jenny_Rockfort
22 May 2011 @ 02:01 pm
Засиживаясь в субботу допоздна, с удовольствием думаю - завтра воскресенье, можно будет подольше поспать, целый день безделья, понедельник неблизко - класс! А на следующий день, где-то в полдень-час, удивляюсь - ну, воскресенье. И чо?
 
 
 
Jenny_Rockfort
13 May 2011 @ 11:12 pm
Я тебя пронесу на руках до самого моря
На заре на песке нарисую туманов корабль
И на нём ты увидишь лишь птиц.

Ты увидишь насколько всё тщетно, пусто, бездонно
Вслед ушедшим кричать, возвращаться назад,
И молчать, когда так хочется сказать.

Погдяди ка туда - будто нет виднокрая,
Лишь синь, море ли то, может небо -
Неважно, особенно нам, с кораблём из туманов


(моё)
 
 
Jenny_Rockfort
10 October 2010 @ 12:44 pm
Сегодня мне снились политические штучки. Я с другом нелегально перебиралась через границу, отправляла союзникам (или кому-то ещё)  документы и материалы, которые должны были случайным образом исчезнуть по дороге  - и поэтому я отправляла ещё что-то дополнительно, хоть что-то дойдёт...
Я познакомилась с принцессой, и её братом. В конце он мне прострелил колено. Ну, зато не убил :)
Tags:
 
 
Jenny_Rockfort
19 September 2010 @ 01:00 pm
Неистовое желание мести и ненависть похожи на бензин, наполняющий и отравляющий душу человека. Исполнение её можно сравнить с поджиганием горючего - какое-то время человек чувствует себя удовлетворённым, успокоенным - пока огонь горит. Но потом остаётся только гарь. Мало кого она радует.
А ведь бензин можно и слить.

Мерзко.
 
 
Jenny_Rockfort
04 September 2010 @ 08:47 pm
Люблю не только тебя, всего, какой есть, но и всё время, проведённое с тобой. Поэтому с каждым совместным часом люблю тебя всё больше.
Tags:
 
 
Jenny_Rockfort
12 June 2010 @ 01:34 am
Женщина должна уметь быть чудом, а мужчина - делать для неё маленькие чудеса.
Он волшебник, а она - самое великое его творение, ради которого всё и продолжается.